|
|
|
 
|
|
Богдан МамоновДаешь русское искусство?В Берлине закрылась выставка "Давай!" По заснеженной ночной дороге, тускло мерцая фарами, едет автомобиль. Вдруг он останавливается, и из него выскакивает совершенно голый человек с горящим валенком, одетым на голову! Он бегает вокруг автомобиля и наконец бросается в снег, где ему удается погасить свой оригинальный головной убор.Это не аннотация к очередному фильму ужасов, не пересказ ночного кошмара и даже не галлюцинация. Это произведение в жанре видеоперформанса, показанное художником Максимом Веревкиным из Ижевска на только что закончившейся выставке современного русского искусства в Берлине, выставке с вызывающим названием - “Давай". Вкратце об истории проекта. “Давай" была задумана лучшим другом русских художников - директором амбициозного венского музея МАК Петером Нойвером. Официальная версия – «в России созрело новое пост-перестроечное поколение, которое пора показать Западу». Недоверчивое московское художественное сообщество объясняет дело сентиментальными чувствами и пристрастиями самого Нойвера или даже подозревает, что «МАК желает отмыть денежки». Вероятнее же всего следующее. Сегодня для Запада невидимая пограничная зона сдвинулась на Восток, главным пугалом становится исламский терроризм. Соответственно Россия перемещается в лагерь всего “прогрессивного человечества" - то бишь цивилизованного общества. Но примут ее туда, разумеется, не на равных, что лишний раз и продемонстрировала “Давай". Видимо, действительно Европа хочет видеть в нас, как говорил Борис Гройс, “подсознание Запада" и только с этих позиций готова рассматривать русскую культуру: само название проекта, вероятно, неосознанно работало на эту идею. (Возглас “Давай" запомнился немцам по Второй мировой войне - так подгоняли пленных советские конвоиры). Нойвер не решился сделать выставку сразу в МАКе и апробировал проект в Берлинском Postfuhramt’е, бывшем почтамте. Для реализации проекта были приглашены не только два западных куратора, но и пятеро (!) российских, представлявших различные регионы: москвич Константин Бохоров, Анна Матвеева из Петербурга, Вячеслав Курицын, Наиля Алахвердиева… Все они были поставлены в сложную и двусмысленную ситуацию, в которой почти всегда оказывается российское искусство в Европе. Запад желает видеть “русское безумие", а вовсе не просто очередную порцию contemрorary art - да еще, надо признать, не в лучшем исполнении. Победы добивается, как правило, тот, кто продуцирует экзотику a la Михалков или Кустурица. Например, большим успехом пользовалась берлинская стипендиатка Елена Ковылина, которая танцевала в солдатской шинели с советскими орденами, постепенно напиваясь водки. Но на выставке оказались и произведения совершенно иного рода. Это прежде всего относится к творчеству Татьяны Хенгстлер, показавшей нонспектакулярную работу (небольшие фотографии, покрытые специальным термочувствительным слоем; если подышать – появляется картинка). Подобное искусство, кажется, требует максимальной осознанности, а это уже само по себе есть сопротивление навязываемому извне дискурсу о “русском безумии". К сожалению, снимать штаны и изображать арт-террористов всегда оказывается гораздо выгоднее, чем решать серьезные художественные задачи. Интересные работы петербургского живописца Керима Рагимова или остроумные объекты москвича Сергея Шеховцова, который делает из поролона компьютеры, телевизоры и прочие фетиши современной культуры, остались как бы за кадром. Выставка “Давай" вновь продемонстрировала старую истину, что русский художник - своего рода двойной агент культуры. В России он выступает как проводник интернациональных (читай западных) ценностей - их и репрезентирует, собственно, современное искусство. За границей, чтобы добиться успеха, русский художник, напротив, вынужден продуцировать свою инаковость, экзотичность и пресловутую «особую духовность». Увы, берлинский проект доказал, что и европейцы пока не очень готовы к диалогу на равных, и русские за 90-е годы так и не выработали эффективных стратегий сопротивления. А значит - граница по-прежнему остается на замке. Лучше всех это, пожалуй, выразил Алексей Калима, сделавший в Берлине едва ли не самый радикальный жест. В своем боксе он просто провел по стене линию ножом, а потом бросил нож на пол. Немецкие кураторы такого, конечно потерпеть не могли, и аккуратно прилепили нож на стену. Характерный штрих.
|
     |
|
Редакция: polit@zhurnal.ru
|
